Category: напитки

Туда, где рождается коньяк

Прежде чем я начну свой очередной очерк о путешествии в Армению, давайте сверимся в ощущениях. Вот я пишу (а вы читаете) А-Р-М-Е-Н-И-Я, какой ассоциативный ряд у вас возникает? Лично у меня, казалось бы, несочетаемый. Наверное, потому что, как и в жизни одного человека рифмуется трагическое и комичное, так и в судьбе народа все переплетено. Для меня Армения – это и геноцид начала прошлого века, и землетрясение 1988 года. Но Армения – это и Фрунзик Мкртчян, и Арам Хачатурян, и Гарик Мартиросян. Я говорю «армянское» и невольно причипляется «радио». Я говорю «армянский» и невольно просится слово «коньяк». И вот тут я, пожалуй, остановлюсь и кое-что расскажу поподробней.

Когда купец первой гильдии Нерсес Таирян в 1887 году установил на своем винно-водочном заводе, построенном на месте старой Эриваньской крепости, 102-ведерный медный аппарат для выкурки спирта, он даже не подозревал, что совершает шаг поистине исторического значения. И что со временем Ереванский коньячный завод станет таким же символом Армении, как гора Арарат.

Через десять лет Нерсес Таирян состарился и, видимо, не в силах уже управлять своим винодельческим предприятием, сдал его в аренду, а спустя год и вовсе продал товариществу «Шустов и сыновья». Сразу же после приобретения коньячной компании Шустовым производство было реконструировано по последнему слову техники. Были закуплены перегонные аппараты шарантского типа, построен новый цех по ректификации спирта, а в подвалах установлены новые бочки для выдержки. Шустов сразу стал выводить свой продукт на рынок. Плакаты с его логотипом – медным колокольчиком и надписью «Коньяки Шустова» - украшали борта пароходов, дирижаблей, конных экипажей, вагонов трамваев.

А еще Николай Шустов для продвижения своей коньячной продукции на рынке придумал довольно действенный рекламный ход, который заключался в следующем – молодая пара с аристократическим внешним видом посещала самые престижные рестораны города и заказывала самый лучший столик. Когда молодые люди садились за стол, мужчина подзывал сомелье и просил подать бутылку коньяка Шустова. В случае если он получал отказ, то встав из-за стола, он поспешно расплачивался, извинялся перед дамой и спешил покинуть ресторан, говоря при этом, что ноги его больше не будет в этом заштатном заведении. Естественно, после такого неприятного происшествия, владелец ресторана, недолго думая заказывал крупную партию шустовского коньяка.

Но и этого оказалось мало для талантливого маркетолога Шустова. В Малом театре в поставленной пьесе Островского «Бесприданница» актриса, которая исполняла роль Ларисы, просила подать ей именно шустовского коньяка.

Collapse )